Добро пожаловать в «сувереннуюдемократию»
Нет неизменных правил и обязательств, потому что народу иногда нужно одно, а иногда — другое
Еще полгода назад было точно известно, что «суверенная демократия» — это не более чем неудачная метафора, которая к тому же осталась в пусть недалеком, но прошлом. Странное словосочетание, рожденное властью в середине 2000-х, было попыткой описать российскую политическую действительность, не отталкивая далеко Запад, но в то же время указывая ему на российское своеобразие и желание идти своим путем.
Тогда политологи (по крайней мере некоторые) старались объяснить власти, что концепт демократии — при всей его широте и отсутствии консенсусного определения — все же не выносит произвольных трактовок и что российский подход к ней, пусть и сто раз суверенный, должен содержать какой-то смысл. Говорили о том, что все демократии в каком-то отношении суверенны (поскольку функционируют в пределах государственных границ). Приводили примеры, показывающие своеобразие национальных моделей демократических государств. Небезосновательно утверждали, что слова «суверенная» и «демократия» не монтируются друг с другом (это что-то вроде «глубокоуважаемого шкафа», только не в смысле обращения, а в смысле определения).
Тщетно. Власть, как водится, в пустые дискуссии не ввязывалась, памятуя о «сверчке» и «шестке». Посыл (в прямом и переносном смысле) был такой: нудная политическая наука с ее терминами и концептами располагается совершенно отдельно (и даже гораздо ниже) от живого, образного и понятного языка нашего политического класса. К тому же был опыт: странные словесные гибриды создавались не в первый раз, и ничего, вполне себе приживались (пусть здесь будет примером «вертикаль власти», которая в дальнейшем, при необходимости, именовалась «гибкой вертикалью» — у кого хватит фантазии представить себе подобное?).
Дальше были попытки ввести все-таки «суверенную демократию» в научный оборот — через парадные форумы и конференции. Важные иностранные гости-политологи как-то невнятно кивали, однако в классификациях режимов Россия по-прежнему проходила как режим гибридный (т. е. сочетающий демократические и авторитарные практики и институты), а потом уже и как авторитарный.
Еще дальше все как-то заглохло. Власть, слегка сменив фокус, продолжала утверждать, что Россия — все-таки демократия. Ну с изъянами, а у кого их нет? Политологи (опять-таки некоторые) более или менее вяло с ней препирались. Многие считали, что обсуждать «суверенную демократию» невозможно за отсутствием предмета обсуждения.
И вдруг (вот именно вдруг!) «суверенная демократия» появилась снова — и уже не как метафора, а как самая что ни на есть реальность. И даже не «суверенная демократия», а «сувереннаядемократия» — в одно слово, как «месторазвитие» — центральный концепт у милых нашему сердцу евразийцев. И мы можем увидеть, пока еще в абрисе, некоторые ее черты.
Итак, во-первых, политическая элита СД (для краткости) всегда слушает свой народ. Даже, можно сказать, пристально ему внимает. И немедленно реагирует — так, как этого хочет народ. Народ равно большинство. И пусть всякие меньшинства плачут. Они проиграли изначально, уже потому, что они меньшинства.
Во-вторых, то, что народ считает — то и правильно (оставим за скобками вопрос о том, почему он так считает и кто об этом позаботился, это мелочи!). Народ уже не думает, что демократия — это зло (примитивно, оставим это 90-м). Сейчас народ, согласно опросам, думает другое: он думает, что он, народ, живет при демократии. Что она такая и есть — демократия, да у нас еще и получше, чем у многих других. Значит, это и будем считать демократией. (О, это тонкий ход. Он пролагает дорогу для следующего положения).
В-третьих, только наши правила правильные, потому что они — от народа (на то «демократия» и «суверенная»). Отсюда следствие: нет ни неизменных правил, ни обязательств, потому что народу иногда нужно одно, а иногда — другое. И вообще, «все течет, и все изменя…»
Вы скажете, такие режимы известны истории. Чего далеко ходить, они известны и географии постсоветского пространства. И про популизм написаны библиотеки. И все-таки новация есть: впервые пирамида перевернулась, точнее ее перевернули. Элиты в прямом смысле встали на службу народу (большинству) при использовании риторики, у которой полностью и сознательно поменяли смысл.
Так что Россия еще докажет, что западные классификации ее случай не описывают. Политологам будущего (да и настоящего) будет что поизучать и что преподавать студентам. Добро пожаловать в «сувереннуюдемократию»!
Источник: http://www.vedomosti.ru
Многие мечтают о доме, который мог бы исполнять приказы. В моем доме есть термостат Nest, интеллектуальная система освещения на основе Philips Hue, камера слежения Dropcam и другие интеллектуальные устройства, но согласованно взаимодействовать друг с другом они не могут. Впрочем, некоторые компании уже предлагают оборудование и приложения для интеграции таких устройств в единую систему. Я протестировал три подобные системы — Revolv (цена в США — $299), Staples Connect ($99) и SmartThings ($99). Это небольшие устройства, подключаемые к домашней сети, пользоваться которыми можно абсолютно бесплатно.
Интеллектуализация жилища начинается с инсталляции устройства и проходит без проблем. Сложности начинаются, когда дело доходит до интеграции. Процесс поиска совместимых устройств напоминал шаманский обряд. У SmartThings ситуация осложнялась отсутствием поддержки WiFi — этот центр приходится подключать к сетевому маршрутизатору кабелем (хорошо, если маршрутизатор в середине помещения, но в моем случае это было не так). Revolv обнаруживал технику, находящуюся неподалеку от него, но не нашел светильники Insteon в дальних концах дома, их пришлось переносить поближе. На этом проблемы не кончились. По идее детектор активности должен сообщить центру управления о моем пробуждении, но портативные детекторы вроде Fitbit и Jawbone Up так и не смогли «договориться» с устройством. Пришлось устанавливать дополнительно датчики движения, но и после этого только Revolv смог выполнить все процедуры, запрограммированные мною, — зажечь свет, отрегулировать термостат Nest, активизировать динамики Sonos и включить кофе-машину.
Revolv наладил связь с Nest, но разработчики термостата заявили, что правила его эксплуатации этого не предусматривают и что после обновления ПО совместимость с термостатом может быть потеряна. Таким образом, я не могу рекомендовать владельцам Nest подключать термостаты к этим устройствам.
Тут мы упираемся в серьезную проблему: многие производители электроники не раскрывают интерфейсов своих устройств, в частности из соображений безопасности. Без целенаправленного взаимодействия этих производителей с изготовителями центров управления реализовать мечту о полностью автоматизированном доме невозможно. Создатели Staples заявляют, что этот продукт несовместим с устройствами, работающими без шифрования, и стараются налаживать партнерство с другими компаниями.
Непросто было и заставить нормально работать ПО. Все три протестированных мною центра умеют включать и выключать устройства, используя смартфон. Но программирование последовательности автоматических процедур по сложности не уступает вступительным экзаменам в вуз («если хаб обнаруживает A в момент B, он включает C, но только если рядом нет D» и т. п.). По удобству софта SmartThings существенно превосходит конкурентов. Этот центр позволяет привязывать команды к определенным событиям и моментам, в том числе с помощью стандартных шаблонов и программ. Но иногда эти средства дают неожиданные сбои, и я так и не понял, была в этом моя вина или что-то засбоило в самой системе.
Похожие функции есть и в Staples Connect, но здесь гораздо менее удобный интерфейс и больше шероховатостей. Revolv оказался чемпионом по числу распознанных устройств, но его ПО плохо справляется с проверкой условий (вроде времени суток). Я могу запрограммировать процедуру «с добрым утром», запускаемую датчиком движения, но если после этого я проснусь среди ночи, процедура тоже будет запущена, совершенно некстати.
Источник - Vedomosti.ru
Чиновники вновь обещают проследить за уровнем громкости передач и рекламных роликов на телеканалах. Для этого они разрабатывают специальный технический регламент
Весной правительство внесет в Госдуму поправки в закон «О рекламе», регулирующие уровень громкости рекламы на радио и ТВ. Готовит поправки Федеральная антимонопольная служба (ФАС), следует из плана работы правительства на 2014 г. До этого его предстоит согласовать в Минкомсвязи, Минэкономразвития и Минюсте, уточнил представитель ФАС.
Сейчас в законе прописано, что громкость рекламы не должна превышать средний уровень звука прерываемой передачи. Но норма не работает: не ясно, как определить средний уровень громкости для боевика и тихой разговорной передачи. Еще в 2010 г. ФАС направила телеканалам письмо, где настоятельно просила не увеличивать звук во время рекламных пауз. Уже тогда служба признавала, что следить за исполнением этого требования будет непросто: официальных замеров звука в рекламе никто не производит. В прошлом году ФАС внесла в правительство соответствующие поправки к закону, в которых предлагала установить максимальный уровень громкости рекламы на ТВ и радио на 6 децибел ниже, чем максимальная громкость прерываемой телепередачи. Но тогда поправки были отправлены на доработку.
Параметры соотношения звука рекламы и остальных трансляций «определяются требованиями технического регламента», прописано в законе, при этом ни один такой регламент еще не принят, объясняет управляющий партнер Коллегии медиаюристов Федор Кравченко. Техрегламент сейчас разрабатывает Минкомсвязи, рассказал замглавы этого министерства Алексей Волин.
Пока чиновники консультируются с техническими специалистами по проведению замеров на разных каналах и в разных средах (эфир, кабель и спутник), говорит Волин. Технические параметры измерения будут прописаны в приказе министерства. Кто будет заниматься мониторингом уровня громкости, по словам чиновника, еще обсуждается.
Громкая реклама показывается вовсе не для того, чтобы привлечь к ней дополнительное внимание зрителей, настаивают телеканалы, это чисто техническая проблема. Каналы получают готовые рекламные ролики с определенным уровнем громкости, говорит представитель ВГТРК Виктория Арутюнова. Телекомпании предъявляют требования к роликам, в том числе к картинке и звуку, и, если громкость выше норматива, ролик не попадает в эфир, объясняет представитель одной из продакшн-компаний, которая поставляет каналам видеоконтент.
Традиционные методы выравнивания звука (лимитеры или компрессоры) ухудшают качество сигнала, поэтому вещатели долгое время делали корректировки вручную, указывает гендиректор Viacom International Media Networks в России, СНГ, на Украине и в Прибалтике Елена Бальмонт. На рынке есть устройства, позволяющие автоматически регулировать громкость в заданных пределах, правда, их использование повлечет дополнительные затраты для телеканалов, признает технический директор холдинга ЮТВ Владимир Рыбкин. Чтобы каналы начали регулировать уровень звука, нужен единый стандарт, добавляет он, аналог европейской рекомендации EBU R 128. Этот документ принят Евросоюзом в 2011 г. При разработке методики Минкомсвязи учитывает европейские рекомендации, заверил Волин.
Источник - vedomosti.ru
Минобрнауки следит за ситуацией с оплатой детских садов, сообщил глава ведомства Дмитрий Ливанов. По его словам, опасения по поводу существенного роста платы не оправдались
МОСКВА, 31 янв – РИА Новости. Министерство образования мониторит ситуацию с оплатой родителями детских садов, она не превышает уровня инфляции, заявил в пятницу министр образования и науки РФ Дмитрий Ливанов.
Вместе с тем, в ряде московских детсадов оплата с начала года была увеличена на 100% и более.
«Можно сказать, что не оправдались опасения по поводу существенного роста родительской платы за детсады. Мониторинг мы ведем с момента вступления в силу нового закона об образовании. Родительская плата растет, но ее рост не превышает уровня инфляции», – заявил Ливанов на совещании в Госдуме по вопросам законодательного регулирования образования и науки.
Он считает, что законодателям удалось принять действительно очень хороший закон об образовании. Многие зарубежные эксперты сходятся во мнении, что законодательство РФ в этой сфере – одно из самых передовых в мире, сказал министр. Ливанов подчеркнул, что со вступлением в силу нового закона об образовании гарантии бесплатности и доступности образования граждан на всех его уровнях только расширяются. Однако при этом очень важно, чтобы эти гарантии были реально обеспечены ресурсами и механизмами по их реализации.
«Именно на это нацелена и разработка подзаконных нормативных актов, и все, что мы делаем в сфере контроля и мониторинга системы образования», – сказал министр.
Источник - РИА Новости
Борьба за возрождение института репутаций, престижа исследовательской работы и ученых степеней — длительный процесс, который потребует комплекса решений. Некоторые шаги в этой области внушают оптимизм. Минобрнауки недавно объявило конкурс, победитель которого займется масштабной проверкой диссертаций, защищенных после 2000 г. Об этом сообщил вчера в интервью gazeta.ru директор Российской государственной библиотеки Александр Вислый. Если проект будет реализован, это будет означать отмену объявленной в октябре 2013 г. амнистии плагиаторам, которая сохранила прежний трехлетний срок проверки диссертаций, защищенных до января 2014 г. Такая проверка станет важным шагом в воссоздании научных репутаций.
Сначала действующая в библиотеке программа «Антиплагиат» проверит работы на предмет некорректных заимствований по электронной базе диссертаций. Теми из них, где заимствования превысят 25% общего объема, эксперты займутся «вручную». Вислый считает, что будет изучено от 20 000 до 30 000 диссертаций последних лет. Однако масштабы могут оказаться больше. Сейчас проверка одной работы на соискание ученой степени по официальным расценкам РГБ стоит 5000 руб. Минобрнауки планирует выделить на анализ диссертаций 300 млн руб., т. е. проверить можно будет 60 000 работ. Возможно, транша Минобрнауки хватит на большее количество диссертаций.
Однако дело не только в количестве, но и в качестве процедур и возможных результатах изучения диссертаций. Важно, чтобы беспристрастной проверке подверглись действительно все подозрительные работы вне зависимости от должности и статуса автора. Крайне желательно предусмотреть механизм апелляции, который позволит пересматривать пристрастные выводы и подтверждать объективность экспертизы. Наконец, ключевым моментом представляется дальнейшее использование результатов проверки. По словам директора РГБ, Минобрнауки намерено подготовить списки авторов фальшивых диссертаций. Было бы правильно, если бы фигуранты серых списков лишались за подлог не только ученых степеней, но и должностей, в том числе на госслужбе. Важно также, чтобы списки Минобрнауки были опубликованы и находились в открытом доступе. Страна должна знать своих антигероев.
Источник - vedomosti.ru
